Брошенное обвинение заставило Архимага сначала покраснеть, а потом побледнеть. Будь перед ним кто-то другой, он давно заставил бы его замолчать, задавив авторитетом, но Виттор разговаривал с Бримсом. И с ним такой номер не провернуть. Архимаг и без того приблизился к той грани, переходить которую в общении с Магистром Наказующих было опасно для здоровья. Во всяком случае, Бримс понимал происходящее именно так.
– То есть случившееся – целиком моя вина? – зло спросил Виттор.
– Нет, – не медля ни секунды, огрызнулся Бримс. – Все виноваты. И ты, со своими изменениями в структуре управления, и я, с желанием полностью сосредоточиться на подготовке Наказующих и Охранителей, и даже Ищущие, которые занимались чем угодно, кроме изучения поведения нежити в естественной, так сказать, среде.
Это была последняя уступка с его стороны. Если Архимага не устраивает такая трактовка, если ему вдруг под предлогом разгрома Муара захотелось ограничить или вовсе лишить Бримса влияния… что ж, значит, одним врагом у Магистра станет больше.
– Ты понимаешь, чем все случившееся чревато для Нолда и его влияния?! – гораздо тише и спокойнее спросил Архимаг, явно соглашаясь с предложением не обострять конфликт.
Причем Бримсу показалось, что главе республики претила не сама идея противостояния с недавним единомышленником, а его преждевременность. Что ж, очередной факт, который следовало запомнить.
«Кое у кого прорезались зубки и появилось желание быть первым не только на бумаге, но и на деле? Или… или удалось найти нового союзника? – подумал Бримс. – Как-то это все внезапно и совершенно не вовремя».
Вслух же он сказал совершенно другое:
– О, понимаю, и даже слишком хорошо. После потери лица в том конфликте с Перворожденными и разгрома десанта на Змеином архипелаге новый, теперь уже открытый удар по нашей территории весьма серьезно вредит нашему положению в мире. Не удивлюсь, если у некоторых уже возникли мысли, что Нолд далеко не так силен, как было раньше.
– И ты так спокойно об этом говоришь? – спросил льер Виттор, сузив глаза.
– Да, потому как для исправления ситуации у нас есть проверенный временем рецепт, – парировал льер Бримс. – Это с засухой, которая вот-вот поразит половину Торна, мы ничего поделать не можем, а уж с мнением смертных как-нибудь да справимся. Благо делали такое уже не раз…
– Намекаешь на случай с Полотом? – догадался Архимаг.
– Именно. Пусть столицу Земли Наместника драконье Крыло сожгло тогда по досадной случайности, и нам даже пришлось извиняться перед особо неуступчивыми монархами, но авторитет… авторитет наш взлетел до небес, – сказал Бримс, хищно оскалившись. – Вот и сейчас поступим так же. Кто стоит за нежитью, мы знаем, ну или догадываемся, а значит, и акция устрашения будет восприниматься как нечто справедливое и благородное. Возмездие не требует правовых обоснований, возмездие – исток всех законов!
Внимательно выслушав, льер Виттор задумчиво потер подбородок. И хотя Архимаг молчал, судя по набежавшей на лицо тени, предложение Магистра чем-то сильно ему не нравилось.
– Что не так? – немного резко спросил Бримс.
– Все так… Против уничтожения какого-нибудь крупного порта Тлантоса, хотя бы того же Гиркала, возражать не буду, но… – Архимаг дернул щекой и испытующе глянул на коллегу. – Тебе не кажется, что несмотря ни на что вся эта затея с нападением на Муар выглядит какой-то… импровизацией? Учитывая силу лича, при нормальной подготовке операции урон для нас был бы гораздо более ощутимым… Что-то раньше за Фердинандом столь слабо подготовленных акций мы не замечали. Для человека, который продолжает тысячелетнюю традицию предков и поддерживает изучение Запретной магии своими чародеями, да так, что его до сих пор не удалось поймать за руку, подобный просчет вряд ли возможен.
– Верно. Но нам нужно найти виноватого или разобраться со своими проблемами? – уточнил Бримс иронично. Дождался, когда Архимаг неопределенно махнет рукой, и с удовлетворением кивнул. – Вот и я о том же.
Решение было принято, конфликт на время забыт, и оба Великих мага замолчали. Нет, Магистр Наказующих с удовольствием бы выяснил, откуда у льера Виттора, чтоб ему хаффом переродиться, вдруг взялись такие познания в ныне забытой и во многом запрещенной магии Света, задал бы пару вопросов по столь сильно изменившемуся поведению… Так же как Архимаг, без всякого сомнения, попытал бы самого Бримса на предмет владения откровенно запретными аурными и теневыми техниками. Но это не те темы, на которые можно мирно поговорить за бокалом вина, скорее на ум приходит диспут с применением тяжеловесных аргументов вроде высших заклятий из особо мрачных разделов магии Запрета.
Однако время для такой беседы еще не пришло, и им остается лишь совместно работать на благо Нолда. По крайней мере, пока совпадает их видение этого самого будущего. В чем льер Бримс последний год-полтора начал серьезно сомневаться. Впрочем, он готов к любому повороту событий…
* * *
Поддавшись желанию пригнать в Тлантос настоящий нолдский охотник – самый желанный трофей нескольких поколений пиратов и корсаров, – Гржак и помыслить не мог, насколько муторным окажется его воплощение на практике. Причем наибольшие сложности возникли вовсе не там, где он думал поначалу. Темный маг не то чтобы совсем без труда, но справился с колдовской начинкой судна, некромант удивил талантами в области создания послушной нежити и ее дрессировки для выполнения обязанностей матросов, общими усилиями проложили курс и вышли в море… Вроде бы можно вздохнуть спокойно, однако боги решили развлечься за их счет, и на захваченный охотник посыпались беды одна другой хлестче.
Сначала начались сбои в движителе, который был рассчитан на обслуживание классическим стихийным магом. И, прежде чем Гржак смог избавиться от Тьмы в подходящих Базовых воздействиях, корабль двое суток болтался вдали от всех берегов. Затем под воздействием энергии Воды что-то сдвинулось в опорных структурах заклятий, лежащих на нежити, и тлантосцы заполучили полноценный мятеж мертвяков. Ничего страшного, не наследникам древнего Некронда бояться неупокоенных, но после восстановления контроля численность команды нежити изрядно сократилась. Ну и наконец, совсем недавно с Гржаком через Астрал связался лично король Фердинанд, чтобы потребовать от него встретить и препроводить в Тлантос секретный боевой корабль. В иное время темный маг обязательно обрадовался бы вниманию государя, но в их непростой ситуации любые новые поручения воспринимались лишь как очередная помеха…
Едва трофейный охотник покинул воды Суудского океана, как тут же сменил курс и направился к указанной хозяином Талака точке. И слава Тьме, что переданные координаты оказались точными. Странный, никогда не виданный железный корабль, этакий «броненосец», действительно дрейфовал у юго-восточного побережья Гарташа, и его хотя бы не пришлось искать.
Тогда же выяснилась и причина, по которой Гржака вынудили влезть в непривычную для него шкуру спасателя. Обладатель восьмого ранга в иерархии Тлантоса, а по мастерству уже почти девятого, едва не потерял жизнь и душу, ступив на палубу словно вымершего судна. Чужая воля невиданной силы почти пробила защиту чародея, а мощнейшие эманации Смерти лишь чудом не выжгли его энергетическую структуру. Гржака спасла привычка многих опытных демонологов держать наготове небольшой канал в Нижний мир. Связь с иными планами стала тем якорем, который удержал разум в теле и не позволил провалиться в глубины Тьмы под напором враждебной Силы. Хватило ее ненадолго, на пару секунд, не больше, но даже за столь короткий промежуток времени Гржак успел оправиться от шока и подготовить Щит от чар подчинения.
Что и поставило точку в этом противостоянии. Всю свою Силу противник потратил на первый удар, повторить который он уже не смог. Высадившихся следом за Гржаком воинов никто не тронул, и они невозбранно принялись обшаривать судно в поисках пропавшей команды. Демонолог же направился сразу к рубке, откуда, по его ощущениям, и атаковал неизвестный враг.
Пятой алебарды открыл незапертую дверь, заглянул внутрь и сразу же увидел хорошо знакомого еще со времен обучения темного мага. Звали его Жерар, имел он девятый ранг и, как до сего момента считал Гржак, являлся сильным и опытным бойцом, способным сражаться как с чародеями, так и с порождениями Тьмы. В свое время его очень выделяли король и лорд Маркус, а потому вдвойне удивительней то состояние, в котором находился этот опытный колдун. Бледный до синевы, едва дышащий, он сидел внутри криво нарисованной фокусирующей пентаграммы и из последних сил держал расползающееся на глазах плетение Чаши Мрака над откатившимся в противоположный угол черепом. И если Гржак хоть что-то понимал в магии, именно последний и напал на него в момент высадки на корабль.
